Главная новогодняя ёлка Еревана не всегда была масштабной конструкцией с подсветкой, экранами и сложными инсталляциями. В середине XX века она выглядела куда скромнее — но при этом оставалась важным символом праздника и точкой притяжения для горожан.
Архивные кадры 1950–1960-х годов позволяют увидеть, каким был новогодний Ереван в период, когда город только формировал свой современный облик, а праздник создавался не огромными бюджетами, а атмосферой — людьми, ожиданием и ощущением общего времени.
Armenia Today рассказывает историю главной новогодней ёлки Еревана — от первых установок до устойчивой городской традиции.
Появление новогодней ёлки в общественном пространстве Еревана стало не просто элементом праздничного оформления, а отражением глубоких идеологических и культурных сдвигов. В годы Первой мировой войны ёлка была запрещена как «немецкая традиция», а после революции 1917 года — как «религиозный пережиток», связанный прежде всего с Рождеством. В период становления советской власти и социалистической культуры партия развернула масштабную антирелигиозную кампанию. Новый год при этом продолжали отмечать в ночь на 31 декабря, но уже без «опасных» атрибутов — ёлки и Деда Мороза.
Перелом произошёл в середине 1930-х годов. 28 декабря 1935 года газета «Правда» опубликовала письмо советского партийного деятеля Павла Постышева, в котором предлагалось вернуть ёлку — уже не как религиозный символ, а как светский атрибут Нового года, привычный детям. Эта публикация стала поворотной точкой: спустя 11 месяцев установка ёлок была официально разрешена и признана неотъемлемой частью новогодних торжеств. С этого момента ёлку предписывалось устанавливать не к Рождеству, а накануне Нового года, а её верхушку вместо Вифлеемской восьмиконечной звезды стали украшать красной пятиконечной.
Первая большая новогодняя ёлка была установлена в Москве 1 января 1937 года. В Ереване главная городская ёлка появилась вскоре после этого — в 1938 году, на площади Республики. Для столицы Армении это стало настоящим событием. Первая ереванская ёлка была сравнительно небольшой, украшенной позолоченными орехами, а у её основания сидел игрушечный медведь. Вокруг располагались киоски, где продавались игрушки, — для многих горожан это было не только праздником, но и редкой возможностью приобрести новогодние украшения.
С этого момента ёлка окончательно утвердилась как центральный символ Нового года в Ереване. В послевоенные десятилетия она стала неотъемлемой частью городской жизни, а площадь Республики — главным пространством коллективного праздника, пусть и без шумных массовых гуляний в современном понимании. Для нескольких поколений ереванцев поход к городской ёлке был обязательным новогодним ритуалом.
От скромности к масштабу
Со временем менялись и масштабы. Если в середине XX века ёлка воспринималась прежде всего как символ праздника и редкой радости, то в постсоветский период, особенно с 2000-х годов, её высота и оформление начали расти год от года. Это нередко становилось поводом не только для восхищения, но и для критики — как со стороны горожан, так и в экспертной среде.
В этом году огни главной новогодней ёлки Еревана были зажжены 14 декабря. По данным СМИ, мэрия на праздничное оформление города потратила почти $1,5 млн (607,6 млн драмов). Из этой суммы 57,6 млн драмов направили на приобретение ветвей и освещения для ёлки на площади Республики, а также огней и верхушек для ёлок в административных районах столицы. При этом точные данные о фактически израсходованных средствах пока не обнародованы.
Пройдя путь от запрета и идеологического отрицания до символа городской идентичности и предмета общественных дискуссий, новогодняя ёлка в Ереване стала своеобразным маркером эпох — отражением того, как менялось отношение общества к празднику, публичному пространству и самому городу.
