Азербайджан не имеет прагматичных причин для вступления в военные действия против Ирана, заявил тюрколог Варужан Гегамян. Он прокомментировал напряжённость между Баку и Тегераном после того, как власти Азербайджана обвинили Иран в ударах беспилотниками по Нахиджевану.
По мнению эксперта, военные действия против Ирана на нынешнем этапе не могут дать Азербайджану никаких реальных приобретений, тогда как создадут множество проблем с возможными катастрофическими последствиями.
Он пояснил, что Азербайджан, будучи географически зажатым между Россией и Ираном, в одиночку не способен вовлечься в войну против южного соседа.
«Без турецкой поддержки эта страна обладает крайне ограниченными военными возможностями (доказательство — война в Арцахе 2020 года). Одновременно турецко-азербайджанские военные системы в последние годы продолжают интегрироваться друг с другом, что делает невозможным проведение каких-либо военных действий без сотрудничества и координации с Турцией (и без координирующей роли Турции), тем более против такого государства, как Иран», — говорится в сообщении.
По оценке тюрколога, Анкара также не заинтересована в вовлечении в военные действия. Прагматичный расчёт показывает, что на нынешнем этапе, имея ограниченные возможности для действий, Турция по итогам войны ожидает увидеть не расколотый и раздробленный Иран, а ослабленный Иран, написал он. Последний, согласно турецким расчётам, сможет нейтрализовать ряд проблем, например, курдский сепаратизм, но при этом станет более зависимым от Турции, отметил Гегамян.
По его словам, такой стратегический подход заставляет и Турцию, и Азербайджан действовать в логике своеобразной «тактической паузы»: ожидать развития событий, готовясь ко всем возможным сценариям — вплоть до сухопутных операций на территории Ирана. Последний сценарий сейчас маловероятен, однако если будет ослабевать центральная власть Ирана, вероятность такого развития событий вырастет, считает эксперт.
При этом антииранская риторика в Азербайджане последних дней, по мнению Гегамяна, на данном этапе решает две задачи: с одной стороны, удовлетворить высокие ожидания собственного общества, сформировавшиеся после 2020 года, с другой — в определённой степени удовлетворить и внешних игроков например, Израиль. В этой логике тюрколог допустил новые символические действия, которые будут продолжать повышать напряжённость, углубляя конфликт.
«Одновременно Баку и Анкара продолжают наращивать инструменты своего влияния на Иран, которые могут быть применены позже, например, демонстрация своих возможностей среди тюркоязычного населения Ирана», — добавил он.
На нынешнем этапе специалист не видит никаких прагматичных расчётов, которые могли бы заставить Азербайджан вступить в военные действия против Ирана. При этом, по его словам, нет никаких признаков того, что ситуация урегулируется в ближайшие дни: напротив, Гегамян уверен, что она будет только ухудшаться.
Президент Ирана Махмуд Пезешкиан 7 марта заявил, что Иран не будет наносить удары по соседним странам, если они не атакуют первыми.
Ранее Иран в атаках беспилотников обвинял Баку. Президент Азербайджана Ильхам Алиев поручил вооружённым силам подготовить ответные меры после сообщений об атакие по территории Нахиджевана, хотя Тегеран отвергает свою причастность.
В тот же день Турция вызвала посла Ирана после того, как рядом с её территорией была сбита баллистическая ракета, предположительно запущенная из Ирана. По данным СМИ, целью ракеты могла быть американская авиабаза Инджирлик. В Тегеране отвергли обвинения и заявили, что отношения Ирана и Турции остаются дружественными. Генеральный секретарь НАТО Марк Рютте на фоне инцидента заявил, что альянс подготовился к возможному задействованию Статья 5 Североатлантического договора о коллективной обороне в случае дальнейшей эскалации и потенциальных атак со стороны Ирана на страны-члены альянса.
